Можно ли изобрести что-то, что уже «изобрели», но сделать это глубже, тоньше, с большим пониманием? В случае Оливера Лоджа – да. Он экспериментировал с электромагнитными волнами еще до того, как слово «радио» вошло в обиход, создал первые прототипы беспроводной связи, и… проиграл в соревновании за славу. Лоджа нечасто упоминают в школьных учебниках, но его вклад был настолько весомым, что без него не было бы ни синтонии, ни самого Маркони в той роли, которую мы ему приписываем. А еще он был профессором в Ливерпуле, экспериментатором со световыми волнами, пылким сторонником спиритизма и автором десятков научных трудов. Сайт iliverpool.info рассказывает, как все это уместилось в одном человеке.
Парень из Стока: как все начиналось
Оливер Джозеф Лодж родился в 1851 году в городе Пенхалл, недалеко от Стока-на-Тренте, в семье фабриканта. Несмотря на достаток в семье, классическое образование не было приоритетом – до двадцати лет он учился дома. Однако потом, поступив в Лондонский университет, быстро наверстал упущенное и еще больше увлекся физикой, в частности новыми экспериментами в области электричества и телеграфии.
Уже тогда его интересовали концептуальные вопросы. Как волны передают энергию? Можно ли их «ловить» на расстоянии? Это было еще задолго до открытий Герца, которые будут считаться стартом эры радио. В своих ранних работах Лодж глубоко исследовал свойства конденсаторов, индукции и волнового резонанса. И, что интересно, пошел дальше исследований – пробовал представить технику будущего, работающую без проводов.
Следующая остановка – Ливерпуль. Именно там он получит должность профессора, а еще – шанс проверить свои идеи на практике.
Ливерпульский период: профессор со взглядом в будущее
В 1881 году Оливер Лодж стал профессором физики в Университетском колледже Ливерпуля – месте, которое в то время только начинало укреплять репутацию в академических кругах. Но для Лоджа это была идеальная площадка: свободная от догм, открытая к новому, с мощной индустриальной базой вокруг. Его курсы по электричеству, магнетизму и экспериментальной физике быстро завоевали популярность среди студентов, инженеров и предпринимателей.
Но больше всего Оливер запомнился своей способностью выходить за рамки. В 1894 году, почти сразу после публикации работ Генриха Герца, Лодж публично продемонстрировал беспроводную передачу сигнала с помощью электромагнитных волн. И хотя сам Герц не верил, что его открытие имеет практическое применение, Лодж был уверен в обратном: передавать сигналы на расстояние – вполне реально. Именно эту идею он пытался доказать в аудиториях Ливерпуля и во время многочисленных публичных лекций, в частности в знаменитой Королевской институции.
Лаборатория стала местом первых экспериментов с «синтонической» передачей – то есть настройкой передатчика и приемника на одну и ту же частоту. Это открытие впоследствии ляжет в основу всей современной беспроводной техники – от радио до Wi-Fi. Но тогда оно казалось почти мистикой. В Ливерпуле Лодж чувствовал себя как раз в своей тарелке: город, который соединял мир через корабли и телеграфы, вполне естественно стал колыбелью еще одного типа связи – эфирной.
В эфир! Радиоволны, когереры и синтония
Конец 19 века был временем великих физических открытий… и больших недоразумений. То, что мы сегодня называем радио, тогда еще не имело имени, зато имело десятки различных интерпретаций. Именно в этот период Оливер Лодж сосредоточился на том, чтобы, уловив электромагнитные волны, научиться управлять ими. Это уже было предчувствие новой эпохи беспроводной связи.
Что именно он изобрел
Главной технической инновацией Лоджа стал усовершенствованный когерер – устройство, способное реагировать на прохождение радиоволн. Он не был автором идеи, но именно Лодж сделал когерер практическим: добавил специальный механизм, который автоматически «обнулял» состояние прибора после каждого сигнала. Это позволило регистрировать сообщения последовательно и надежно – как в телеграфе, но без провода.
Еще важнее было его понимание принципа резонанса: передатчик и приемник должны работать на одной частоте, чтобы избежать помех. Лодж назвал это «синтонической связью», а в 1898 году он получил соответствующий патент. Идея была настолько революционной, что в 1912 году компания Маркони была вынуждена выкупить ее, чтобы избежать судебного иска. Тот самый Маркони, которого сегодня считают отцом радио, сначала игнорировал эту разработку, но позже именно она позволила усовершенствовать передатчики.
Спорное авторство изобретения
С Маркони у Лоджа были непростые отношения. Сперва – взаимная заинтересованность и обмен идеями, потом – конкуренция, которая быстро переросла в патентную войну. Хотя оба ученых работали независимо, публикации Лоджа предшествовали первым крупным демонстрациям Маркони. Однако именно итальянец умело воспользовался моментом: он был моложе, амбициознее и имел более сильные бизнес-связи.
Судебные споры длились годами. Лодж не раз настаивал, что его патенты были использованы без разрешения, и в конце концов добился частичного признания: компания Маркони приобрела права на «синтоническую» связь. Но в массовом сознании победителем остался тот, кто смог передать сигнал через Атлантику – хоть и не первым, зато громко.
Кто же на самом деле изобрел радио? Истина, как часто бывает, сложнее мифа. Без Лоджа радио не работало бы так, как мы его знаем. Но без Маркони, возможно, его бы и не существовало в коммерческом смысле.
Из ученого в мистика: поворот к спиритизму
Научная карьера Оливера Лоджа могла бы завершиться традиционно: профессорская пенсия, почетные награды, упоминания в учебниках. Но жизнь подготовила ему другой поворот. В 1915 году, во время Первой мировой войны, погиб его сын Раймонд – и это стало болезненным ударом, который навсегда изменил и мировоззрение Лоджа, и его научные интересы.
Уже в зрелом возрасте физик, известный своим логическим мышлением и точностью, обратился к тому, что большинство его коллег считали мошенничеством – спиритизму. Он начал изучать сообщения медиумов, записывал «сеансы связи» с умершим сыном и пытался вывести из этого какую-то закономерность.
Поиск ответа после потери сына
Раймонд Лодж погиб в бою в Ипре, и уже через несколько месяцев после похорон Оливер начал получать, как он утверждал, контакты с ним через медиумов. Лодж был настолько поражен «точностью» полученных сообщений, что издал книгу Raymond or Life and Death (1916), где подробно описал эти попытки коммуникации с потусторонним.
Лодж действительно верил, что действует правильно. Он даже публично заявил, что наука и религия не противоречат друг другу, а духовный мир – реален, только еще не исследован. Его лекции о бессмертии души, жизни после смерти и духовной энергии вызвали сенсацию, а вместе с тем – насмешки.
Раскол в сообществе ученых
Конечно, такая позиция не осталась без последствий. Многие коллеги начали дистанцироваться от Лоджа. Его авторитет как физика постепенно тускнел – не из-за слабости научных работ, а из-за того, что он якобы «предал метод».
Лодж, впрочем, не считал это предательством. Он до конца жизни был убежден, что истинная наука – это поиск ответа на все вопросы, даже если они лежат за пределами микроскопа или формулы. Для него дух и материя были не в оппозиции, а скорее существовали как два проявления той же реальности.
Наследие, которое недооценили
Несмотря на то, что многие идеи нашего героя стали основой современной связи, имя Оливера Лоджа не назовешь популярным. У него не было громкой победы в стиле Маркони, зато была глубина понимания – именно он помог «настроить» мир на частоту будущего. Как и другой недооцененный инженер из Ливерпуля, Генри Бут (автор революционных решений в транспортной инфраструктуре), Лодж остался в тени, но от этого не перестал быть гениальным новатором.